Детей сажают на иглу

Во имя Аллаха Милостивого Милосердного

В стране проводятся медицинские эксперименты на детях

Причём это особо и не скрывается. В специализированных научных изданиях, кстати, без какого-либо грифа “для служебного пользования”, приведены результаты целых серий подобных экспериментов.

Название статьи в научном журнале “Микробиология, эпидемиология и иммунобиология” (сокращённо – ЖМЭИ) – “Итоги государственных испытаний гриппозных инактивированных вакцин для детей”. Раз статус испытаний столь высок, стало быть, государство и разрешает их. “Сыворотки, — пишут авторы исследования Николай Озерецковский, Алексей Сумароков, Наталья Лонская, — изучены по общепринятой методике, согласно приказам Минздрава СССР №1092 и рекомендациям ГИСК имени Тарасевича”. Для полной ясности: поименованные лица – контролёры качества вакцин … в институте им. Тарасевича. Получается: сами пишем рекомендации, сами создаём вакцины, сами их проверяем.

Как же проходили “государственные испытания”? Экспериментальную вакцину ввели 9962 детям в школах, ПТУ и техникумах Ростова-на-Дону, Таганрога и Новочеркасска. В течение 5 дней после введения вакцины детей обследовали. К какому выводу пришли? Цитируем: “По числу средних и сильных температурных реакций” изучаемая вакцина “значительно превосходила” аналогичные препараты”. И далее: “По-видимому, остаточная реактогенность использованной серии АГХВ (гриппозной вакцины. – Прим. ред.) была обусловлена нестандартностью препаратов вследствие аппаратурного переоснащения технологии его производства. Учитывая вышеизложенное, препарат не был использован для массовой вакцинации школьников…” Короче говоря, вакцина оказалась дрянь. И убедились в этом на без малого десяти тысячах ребятишек.

Те же авторы в том же журнале отчитываются перед коллегами за “Основные итоги комиссионного испытания новой вакцины “Грипповак СЕ-АЖ”, которую проверили на ребятишках 3-6 лет, посещающих 106 детских учреждений Свердловского и Бабушкинского районов Москвы. Заключение? “Низкий показатели профилактической эффективности изученных серий не позволяют использовать препарат для профилактики гриппа”.

А вот другие “исследования”. Научные работники Васильева, Потопаева, Ямсон и другие сообщают, что ими произведена “Оценка профилактической эффективности инактивированной гриппозной вакцины при иммунизации школьников”. В задачу эксперимента входила “оценка реактогенности и безвредности” препарата. Авторы – сотрудники НИИ гриппа и СЭС из Петербурга пишут: “… полученные данные нуждаются в дальнейшей проверке”. Для первичного же испытания “подставили под иглу” группу школьников 11-14 лет. “Дальнейшая проверка”, как показала практика, запросто может дать отрицательный результаты: препарат просто не рекомендуют для серийного производства.

Подобные проверки осуществляются даже среди грудничков. “Повышение антитоксического иммунитета у новорожденных детей путём перорального введения донорского антистафилококкового иммуноглобулина” – так называли свой труд сотрудники Луганского мединститута Манолова, Третьякевич и др. 75 новорождённым, не проведя исследований ни их матерей на носительство стафилококка, ни крови самих крошек на наличие антител, вводили однократно до первого кормления препарат. Согласитесь, вывод настораживающе обтекаем: “…серьёзных побочных явлений на введение иммуноглобулина не было”.

А как насчёт отдалённых последствий? Кто может сказать, что будет с детьми – объектами эксперимента через год, два, двадцать лет? Какие дети родятся у них? Акушер-гинеколог из Алма-Аты профессор Аманжолова накопила немалый материал по поведению кроликов после введения БЦЖ и АКДС-вакцины. У беременных крольчих – сплошные выкидыши! Но её данными официальная медицина не заинтересовалась.

Нашим детям – да будет это всем известно – “в целях эксперимента” могут сделать какую угодно инъекцию. Учёные Астабацян и Болотовский сформировали 6 групп детей в возрасте 15-18 месяцев – всего 1244 ребёнка – для изучения реактогенных свойств вакцин против кори и свинки. Их коллеги Сумароков и Горбунов “оценили” эффективность специфического иммуноглобулина против гепатита А, поставив “опыты … в детских дошкольных и взрослых молодых организованных контингентах”. (Это, видимо, солдаты. – Прим. ред.) Уже известный нам Алексей Сумароков со товарищи на том же “организованном контингенте” – юношах 18-20 лет – изучали реактогенность химической сыпнотифной вакцины. А специалисты из НИИ эпидемиологии и микробиологии им. Г.Н. Габричевского Чернышова, Гофман и другие проверили на детишках 1-4 лет, посещающих детские дошкольные учреждения, насколько может быть вредна и какие побочные реакции способна дать менингококковая вакцина.

В последнем случае, правда, в публикации есть оговорка – получено, мол, разрешение от родителей. Во всех остальных публикациях такой ссылки вообще нет.

Нелишне заметить, что СССР в своё время подписал Декларацию прав ребёнка, которая, в частности обязывает государства-участники принимать “все необходимые законодательные, административные, социальные и просветительные меры с целью защиты ребёнка от всех форм физического или психологического насилия, оскорбления или злоупотребления”.

Процитируем и документы Всемирной организации здравоохранения: “Ни один биологический препарат не должен быть испытан на человеке до тех пор, пока в лабораторных исследованиях и в опытах на животных… а также в условиях ин витро… не будет доказана его безопасность”. У нас – всё наоборот. Проверили вакцину на мышах. Убедились – токсична. Нужно её доработать. Но выяснить, как и насколько, профессор Захарова, к примеру, предлагает “после испытания реактогенности предлагаемых препаратов на детях”. В рекомендациях ВОЗ там, где речь идёт об особых проблемах, возникающих “в связи с включением в испытание таких групп населения, как заключённые, умственно отсталые, неграмотные и лица с физическими недостатками”, есть сноска: “В соответствии с советским законодательством подобная практика в СССР недопустима”. Это не в ВОЗ придумали. Это с нашей подачи весь мир информирован о необычайном гуманизме отечественного здравоохранения. А теперь откройте ЖМЭИ № 7 за 1991 год. В статье сотрудников Института эпидемиологии и микробиологии Русаковой, Васильевой и их соавторов сравнивается эффективность АКДС-вакцины и АДС-М анетоксина. Её авторы докладывают, что для обследования они взяли как “клинически здоровых детей, так и детей с выраженными нарушениями состояния здоровья, имеющих главным образом разные формы патологии центральной нервной системы (детский дом) …”. А в «Бюллетене экспериментальной биологии и медицины» учёные из Ростова Москаленко, Плаван и другие пишут: “Известно, что применяемая ныне корпускулярная коклюшная вакцина (входит в АКДС – Прим. ред.) является источником тяжёлых поствакцинальных осложнений, включая аутоиммунные и энцефалитические”. Наши медики имеют инструкцию по взятию материала (это – о ребёнке – Прим. ред.) для исследования в случае, если в результате инъекции наступит смерть. Видимо, полагают, что таким образом они – во всеоружии.

Можно сколько угодно ссылаться на Декларацию прав ребёнка. В ней – 54 статьи. Можно “утешиться” тем, что у нас и взрослые-то “добровольцы” участвуют в медицинских экспериментах зачастую без какой-либо информации о препарате и законодательной базы. Но совершенно очевидно: эта проблема давно вышла за пределы сугубо медицинских. Умолчим пока об уголовщине – это дело юристов. Но нравственный её аспект касается всех нас. Что толку гадать о будущем страны, если в ней в результате подобных “опытов” остаётся всё меньше здоровых людей.

Елена МАРТЫНОВА

Газета “Мегаполис-Express” № 31 (118) от 5 августа 1992 года

Leave a comment